Мой Байкал, наш Байкал

Начало наступления на Байкал отмечено 7 июня 1954 года, когда заместитель министра бумажной и деревообрабатывающей промышленности СССР Н.Н.Чистяков подписал приказ о выборе площадки для строительства ЦБК. Уже умер Сталин и расстреляли Берия, но ни о каких дискуссиях о целесообразности строительства в ту пору и подумать не могли. О принятом решении было сообщено впервые на конференции по развитию производительных сил Восточной Сибири, проходившей в Иркутске в 1958 году. На конференции присутствовал весь свет сибирской науки, но серьезных возражений против проекта не последовало. Почему? После известного ХХ съезда партии, развенчавшего сталинизм, в обществе повеяло весной, головы кружились от сквозняков свободы и дерзновенной "оттепели". Ученые совершили фантастический прорыв, дав стране ядерное оружие, ракеты, телевидение, вычислительные машины - поэтому авторитет их небывало возрос, их слушали на самом верху (основ марксизма- ленинизма вождям явно не хватало даже для того, чтобы понять устройство телевизора). Да, ученых слушали. Но слышали только тогда, когда их мнение совпадало с партийным курсом. Поэтому бояться было почти нечего, но за рамки участники конференции выходить не могли.

Возражения против строительства БЦБК на той конференции были бы выходом за "рамки". Дело в том, что на судьбоносном для Сибири форуме его участники совершили без преувеличения подвиг, восстав против губительного для Байкала проекта, который назывался так: "Улучшение гидроэнергетической характеристики р.Ангары путем сооружения прорези в истоке". Инженер Н.А.Григорович, выступая от московского "Гидроэнергопроекта", предлагал взорвать в истоке Ангары у Листвянки около 30 тысяч тонн аммонита, снести Шаман-камень, углубляя русло до 25 метров и выпустить из Байкала 120 кубических километров воды. Байкаловеды, писатели, энергетики и даже партийные работники Иркутска выступили с редким единодушием. Вот некоторые их доводы, опубликованные в "Литературной газете" 21 октября 1958 года.

"...При современном уровне техники можно произвести подобный взрыв. Даже взрыв большего масштаба. Но каковы будут его последствия?: Во-первых, после того, как будет слито 120кубических километров (Н.А.Григорович рассчитывает сделать это за 4 года), прекращается и регулирующее влияние Байкала, ибо регулировать будет уже нечего.

Во-вторых, в проекте предусматривается в будущем восполнение "занятой" у Байкала воды и восстановление его уровня (на это потребуется, по мнению Н.А.Григоровича, 18-20 лет). Но к тому времени на Ангаре будут работать уже не 2 гидростанции, а значительно больше, и следовательно "заняв" у Байкала 32 миллиарда киловатт-часов, "отдавать" ему придется в несколько раз больше. До того же, как будет восстановлен уровень Байкала, первая ступень каскада -Иркутская ГЭС - на долгие годы снизит выработку электроэнергии.

...При снижении уровня Байкала будет оголена прибрежная полоса в 100-120 тысяч гектаров, которая является зоной жизни для всей флоры и фауны Байкала. Исчезнут нерестилища рыб, что поведет к катастрофическому сокращению рыбных запасов озера. По подсчетам управления пищевой промышленности Бурятского совнархоза, ущерб, нанесенный только рыбной промышленности Бурятии, выразится в сумме свыше 2 млрд.рублей: Во многих местах береговая линия отступит на километр и более. Населенные пункты будут лишены источников водоснабжения: С понижением уровня озера понизится и уровень грунтовых вод, и тогда огромные пространства лугов и пастбищ на восточном побережье Байкала превратятся в зону полупустыни. Понижение уровня Байкала приведет к переформированию прибрежных отмелей и создаст условия для их интенсивного размыва. Появится реальная угроза разрушения полотна и мостовых переходов Транссиба и потребуется ее перенос на предгорные склоны хребта Хамар- Дабан, что вызовет миллиардные расходы...

А. Бочкин, депутат Верховного Совета РСФСР, начальник строительства Иркутской ГЭС;
Г. Галазий, директор Байкальской лимнологической станции АН СССР;
А.Гайдай, журналист;
Е. Гречищева, кандидат технических наук;
Я. Грушко, доктор медицинских наук;
М. Кожов, профессор Иркутского университета, доктор биологических наук;
Г. Кунгуров, писатель;
С. Моисеев, главный инженер строительства Иркутской ГЭС;
П. Московских, секретарь парткома строительства Иркутской ГЭС;
К. Седых, писатель;
П.Силинский, председатель Иркутского облплана;
Ф. Таурин, писатель;
В. Щоцкий, кандидат географических наук"

Защитники проекта, который подрывал сами основы жизни Байкала и побережья, незамедлительно ответили, используя весь набор политических заклинаний:

"...Никто из нас не является врагом "бесценного дара природы" -- Байкала, никто не пытается уничтожить это озеро-море, его воспеваемые поэтами красоты, места туризма и отдыха. Речь идет лишь о том, чтобы всесторонне использовать этот "дар природы" не только для любования и не только для ловли рыбы, но одновременно для всестороннего народнохозяйственного освоения и развития восточных просторов нашей Советской Родины, для коренного улучшения жизни и благосостояния населения Сибири, для укрепления обороноспособности нашей Советской страны: Это крупнейший в Советском Союзе регулятор водного стока, это крупнейшее хранилище гидравлической энергии. В метровом слое Байкала содержится столько же энергии, сколько вырабатывает крупнейшая сегодня в мире Куйбышевская гидроэлектростанция в течение года. Байкал не может использоваться однобоко только для бытовых и культурных целей. Он должен быть использован в полную силу всех своих возможностей, он должен работать для всех отраслей народного хозяйства, и в первую очередь, должен укреплять и усиливать основу нашей промышленности, ее энергетическую базу.

директор института Гидроэнергопроект" А.В. Сухоцкий;
начальник проектного сектора В.Ф. Яро;
главный инженер проекта использования Байкала Н.А. Григорович".

У туземцев есть магические заклятия, при которых они цепенеют от ужаса. В советском обществе магическими словами были: обороноспособность, благосостояние, советский образ жизни, коммунистическая партия и т.д. Если твои действия "соответствовали", то тебя этими словами могли представить к правительственной награде, если же решали, что ты против - те же магические заклятия могли стать последним приговором:

Авторы ответа в лучших традициях, намекнув, что их оппоненты против обороноспособности и благосостояния, стали ждать реакции. Но заклятия не помогли. Участники конференции (не только на заседании в Иркутске, но и в последующих выступлениях) доказательно, аргументированно и последовательно отстояли свою точку зрения. Байкал сохранился в своих берегах.

Так могли ли они сказать и второе нет -- строительству БЦБК? Там-то обороноспособность стояла во весь заклятый рост, как кобра перед дудочкой заклинателя. Одно неверное движение и... Речь шла о производстве кордной нити "супер-супер", которую намеревались пустить на производство шин для сверхзвуковой авиации. Конечно, никто не отважился выступить против "укрепления обороноспособности нашей родины", и осуждать за это людей того поколения никто не вправе.

Вот тогда-то и возникла идея: коли уж строительство проклятого комбината неминуемо, то надо радикально защищать воды Байкала -- вредные стоки сбрасывать по трубе в Иркут. БЦБК был построен, отработал многие годы, а идея настойчиво пробивалась сибирскими учеными. И вот они добились своего -- строка о строительстве трубопровода вписана в правительственное постановление. Но там же -- и решение о прекращении варки целлюлозы, перепрофилировании комбината.

Вот почему известных байкаловедов, ученых с мировой известностью не было среди движения в защиту Байкала. Они благоразумно ушли в тень. Академик Трофимук хотел выехать в Иркутск и объяснить свою позицию по трубе. Отсоветовали -- "разорвут":

Весь гнев был обрушен на партийное руководство. По этой причине резко размежевался с неформалами известный писатель Валентин Распутин. Он не мог вынести потрясения основ, не мог слышать, как на митингах клянут консерватора Лигачева и возносят реформатора Горбачева. Совсем недавно Валентин Григорьевич получил из рук Лигачева звезду Героя Социалистического Труда. Дело, наверное, было не только в звезде и славянофильских пристрастиях писателя. Распутин предчувствовал хаос и разрушения. И, по большому счету, не ошибся...

Вскоре и кумир неформалов -- Горбачев -- потерял всякое уважение и авторитет в этой среде. Дело было не только в его политических ошибках и непоследовательности. Экологисты с Байкала не простили ему выступления в Красноярске, где он объяснил рабочим, почему в стране не хватает бумаги. "А бумаги у нас, дорогие товарищи, не хватает потому, что мы по просьбе трудящихся закрыли Байкальский целлюлозный комбинат". Но комбинат по-прежнему пыхтел и смердел, не собираясь прекращать свою жизнь и в новом тысячелетии...

Пыхтит он и по сию пору. Но это уже другая, новейшая его история. В которой, впрочем, многое из того, что было, повторяется.


© "Восточно-Сибирская правда"

Перейти на главную страницу:	ИрГТУ	библиотеки	проекта


"Восточно-Сибирская правда" от 3 апреля 1999г.	В отдельном окне

Публицистические заметки

Мой Байкал, наш Байкал